下载App
资质规则
旅行
账户
Escape4709572****
Спектакль "Маяковский" Театра «Ленком Марка Захарова»: судьба расколотой души
Lenkom Theater的点评
点评：На сцене двое. Один — высокий, мощный, как скала, с взглядом, в котором читается вызов. Другой — чуть поодаль, похожий силуэтом, он то тише, то напротив, мечется по сцене. Как тень. Как эхо. Со временем становится ясно: ты видишь две половины одной души.
Игорь Коняхин играет того Маяковского, в котором — плоть, страсть, уязвимость. Того, кто любит и не умеет иначе. Кирилл Русин - второго. В программке он обозначен как «талант». Он не говорит. Он движется, он мечется, он дышит. Он и есть поэзия — то, что зародилось внутри и существует параллельно в другой реальности. Их диалог — не обмен репликами. Это спор, а порой и драка внутри одного сознания.
От этого решения спектакль приобретает странную, ноющую боль. Ты видишь, как талант бежит, кричит, разбивается о сцену — а рядом находится его одушевленная оболочка, которая также не находит себе места.
Количество костюмов невероятное. И ни один не пытается быть исторически точным, они лишь отсылают к русскому авангарду своей современной стилистикой и покроем.
То, что сделал Баста, сложнее, чем просто музыкальное оформление спектакля. Его песни не иллюстрируют действие, они заставляют его пульсировать. Они его продолжение и движущая сила. Ритм, надрыв, жесткость — всё это есть у Маяковского. И всё это есть у Басты. Баста не «переводит» поэта на язык рэпа. Он показывает: поэзия Маяковского никогда и не нуждалась в переводе. Она сама — рэп. Задолго до того, как это слово появилось.
Алёна Митрошина создаёт Лилю Брик, которую хочется осудить. Но она не злодейка. Она просто живёт по своим правилам — и в этих правилах нет места чужой боли. Она играет с поэтом, как с огнём не для того, чтобы потушить, а чтобы смотреть, как он горит.
В самом конце звучит «Сансара»:
«Когда меня не станет,
я буду петь голосами моих детей
и голосами их детей.
Нас просто меняют местами,
таков закон Сансары —
круговорот людей.»
Вот почему спектакль не заканчивается смертью Маяковского. Финал не о том, что он застрелился. Финал о том, что он остался в памяти и в сердце потомков. Один Маяковский умирает, другой ("Талант") продолжает стоять на сцене. Один голос замолкает, другой начинает петь. Круг не разрывается. Поэт не умирает. Он просто начинает звучать иначе, и так, что его можно услышать даже через сто лет.
Игорь Коняхин играет того Маяковского, в котором — плоть, страсть, уязвимость. Того, кто любит и не умеет иначе. Кирилл Русин - второго. В программке он обозначен как «талант». Он не говорит. Он движется, он мечется, он дышит. Он и есть поэзия — то, что зародилось внутри и существует параллельно в другой реальности. Их диалог — не обмен репликами. Это спор, а порой и драка внутри одного сознания.
От этого решения спектакль приобретает странную, ноющую боль. Ты видишь, как талант бежит, кричит, разбивается о сцену — а рядом находится его одушевленная оболочка, которая также не находит себе места.
Количество костюмов невероятное. И ни один не пытается быть исторически точным, они лишь отсылают к русскому авангарду своей современной стилистикой и покроем.
То, что сделал Баста, сложнее, чем просто музыкальное оформление спектакля. Его песни не иллюстрируют действие, они заставляют его пульсировать. Они его продолжение и движущая сила. Ритм, надрыв, жесткость — всё это есть у Маяковского. И всё это есть у Басты. Баста не «переводит» поэта на язык рэпа. Он показывает: поэзия Маяковского никогда и не нуждалась в переводе. Она сама — рэп. Задолго до того, как это слово появилось.
Алёна Митрошина создаёт Лилю Брик, которую хочется осудить. Но она не злодейка. Она просто живёт по своим правилам — и в этих правилах нет места чужой боли. Она играет с поэтом, как с огнём не для того, чтобы потушить, а чтобы смотреть, как он горит.
В самом конце звучит «Сансара»:
«Когда меня не станет,
я буду петь голосами моих детей
и голосами их детей.
Нас просто меняют местами,
таков закон Сансары —
круговорот людей.»
Вот почему спектакль не заканчивается смертью Маяковского. Финал не о том, что он застрелился. Финал о том, что он остался в памяти и в сердце потомков. Один Маяковский умирает, другой ("Талант") продолжает стоять на сцене. Один голос замолкает, другой начинает петь. Круг не разрывается. Поэт не умирает. Он просто начинает звучать иначе, и так, что его можно услышать даже через сто лет.
翻译：舞台上有两个人。一个身材高大、强壮如岩石，眼神中透着挑战之意。另一个则稍远一些，身形相似，时而安静，时而相反——在舞台上来回奔走。如同影子，又似回音。渐渐地便明白：你看到的是一个灵魂的两个侧面。
伊戈尔·科尼亚欣饰演的那个马雅可夫斯基，拥有血肉之躯、满怀激情且脆弱易感。就是那个只会用这种方式去爱的马雅可夫斯基。基里尔·鲁辛则饰演另一个他。节目单上称他为“天才”。他不说话，只是行动、奔走、呼吸。他本身就是诗歌——那种发源于内心、并在另一现实中与之并存的存在。他们的对话并非简单的对答，而是同一个意识中的争论，有时甚至是搏斗。
正因这个决定，整部剧便带有一种怪异而折磨人的痛感。你能看到才华在奔跑、在呼喊、在舞台上摔得粉碎——而在它身旁，则是那个同样无所适从、拥有生命的躯壳。
戏服的数量多得惊人。但没有一件试图做到历史上的准确。它们只是通过现代的风格与表象来呼应俄罗斯先锋派。
巴斯塔所做的远比为演出配乐要复杂。他的歌曲并非单纯地描绘剧情，而是让剧情充满活力。它们是剧情的延续与推动力。节奏、激昂与刚劲——马雅可夫斯基身上具备的一切，巴斯塔也具备。巴斯塔并没有把这位诗人“翻译”成说唱语言。他展示出：马雅可夫斯基的诗歌从来都不需要翻译，它本身就是说唱。早在很久以前……这个词是怎么出现的。
阿廖娜·米特罗希娜塑造了莉莉娅·布里克这个形象，让人想要去谴责她。但她并非恶人。她只是按照自己的规则生活——而在这些规则里，没有容身之地给他人的痛苦。她与诗人嬉戏，就像玩火一般，不是为了把火熄灭，而是为了看它如何燃烧。
在结尾处响起了《轮回》：
「当我不在人世，
我会用我孩子们的声音歌唱，
用他们孩子们的声音歌唱。
我们只是被互换了位置，
这就是轮回的法则——
人类的循环。」正因如此，戏剧并不会以马雅可夫斯基的死亡而结束。结局并非讲述他开枪自杀一事。结局在于他永远留在了后人的记忆与心中。一个马雅可夫斯基死去，另一个（“天才”）却继续伫立在舞台上。一个声音沉寂了，另一个声音则开始歌唱。循环从未中断。诗人并未死去。他只是换了一种方式发声，即便一百年后也依然能被听见。
伊戈尔·科尼亚欣饰演的那个马雅可夫斯基，拥有血肉之躯、满怀激情且脆弱易感。就是那个只会用这种方式去爱的马雅可夫斯基。基里尔·鲁辛则饰演另一个他。节目单上称他为“天才”。他不说话，只是行动、奔走、呼吸。他本身就是诗歌——那种发源于内心、并在另一现实中与之并存的存在。他们的对话并非简单的对答，而是同一个意识中的争论，有时甚至是搏斗。
正因这个决定，整部剧便带有一种怪异而折磨人的痛感。你能看到才华在奔跑、在呼喊、在舞台上摔得粉碎——而在它身旁，则是那个同样无所适从、拥有生命的躯壳。
戏服的数量多得惊人。但没有一件试图做到历史上的准确。它们只是通过现代的风格与表象来呼应俄罗斯先锋派。
巴斯塔所做的远比为演出配乐要复杂。他的歌曲并非单纯地描绘剧情，而是让剧情充满活力。它们是剧情的延续与推动力。节奏、激昂与刚劲——马雅可夫斯基身上具备的一切，巴斯塔也具备。巴斯塔并没有把这位诗人“翻译”成说唱语言。他展示出：马雅可夫斯基的诗歌从来都不需要翻译，它本身就是说唱。早在很久以前……这个词是怎么出现的。
阿廖娜·米特罗希娜塑造了莉莉娅·布里克这个形象，让人想要去谴责她。但她并非恶人。她只是按照自己的规则生活——而在这些规则里，没有容身之地给他人的痛苦。她与诗人嬉戏，就像玩火一般，不是为了把火熄灭，而是为了看它如何燃烧。
在结尾处响起了《轮回》：
「当我不在人世，
我会用我孩子们的声音歌唱，
用他们孩子们的声音歌唱。
我们只是被互换了位置，
这就是轮回的法则——
人类的循环。」正因如此，戏剧并不会以马雅可夫斯基的死亡而结束。结局并非讲述他开枪自杀一事。结局在于他永远留在了后人的记忆与心中。一个马雅可夫斯基死去，另一个（“天才”）却继续伫立在舞台上。一个声音沉寂了，另一个声音则开始歌唱。循环从未中断。诗人并未死去。他只是换了一种方式发声，即便一百年后也依然能被听见。
© 2026 Tripadvisor 版权所有。
部分照片由 VFM Leonardo 提供。
TripAdvisor公司对外部网站的内容一概不负责。优惠价格中不含税和其他费用。
ICP证：沪B2-20200433
沪ICP备20013175号
沪公网安备31010502005427号鹰程信息技术（上海）有限公司
